Просмотр сайта платный. Вам следует перевести 100 рублей на Янднес-деньги 410012331271309, после чего вы можете просматривать все страницы сайта с настоящего момента до конца 2017 года. Гражданам Новороссии и ополченцам бесплатно. Благодарю за понимание.

 

Борис Борисов:

Казус Квачкова


Право на суд двенадцати останется у чеченских мальчиков, но не у русских полковников.

"Физиономия государственных преступлений нередко весьма изменчива. То, что вчера считалось государственным преступлением, сегодня или завтра становится высокочтимым подвигом гражданской доблести. Это регулируется правом" (Адвокат Веры Засулич П.А. Александров, из речи на процессе).

 

Этим летом я писал ещё предположительно :

"5 июня 2008 года коллегия присяжных вынесла оправдательный вердикт группе полковника Квачкова. Радость от этого события несомненно омрачена перспективой отмены Верховным Судом вердикта присяжных по надуманным обстоятельствам и возвращения дела на новое рассмотрение - с возможным повторным арестом оправданных, которые уже отсидели три года, и, по воле власть придержащих, могут пойти на четвёртый-пятый год тюремного заключения, не имея за собой никакой доказанной вины.

Предполагать такое печальное развитие событий заставляет юридическая практика по предыдущим резонансным делам в отношении наших военных - по делу Ульмана и делу Аракчеева, по которым в совокупности было отменено четыре оправдательных вердикта присяжных".

Как известно, эти опасения сбылись - оправдательный приговор, как и предсказывалось, властями отменён. Вот что я писал тогда в заключение этой статьи :

"Возвращаясь к делу Квачкова, с которого мы начали, нельзя не отметить, что и в этом деле вероятность продолжения манипуляций правом со стороны власти - в духе тех, что мы сейчас рассмотрели - настолько реальна, насколько этим оправдательным приговором затронуты серьёзные силы в нашем истеблишменте. А силы затронуты серьёзные.

Мы можем всерьёз опасаться не только частных манипуляций и коррекции системы национального права в ручном режиме под конкретное дело, как это было цинично сделано с делом Аракчеева и Ульмана, но и вообще выведения из под юрисдикции судов присяжных этой категории дел."

А вот и свежие новости с правового фронта. Не прошло и полгода :

"В Госдуму внесен законопроект, согласно которому люди, обвиняемые в преступлениях против государства и общества, должны быть выведены из-под юрисдикции суда присяжных. Закон, запрещающий совершившим антигосударственные преступления требовать рассмотрения своего дела присяжными, внесен в нижнюю палату парламента главой комитета Госдумы по безопасности Владимиром Васильевым."

Самые грустные предположения, что решая «казус Квачкова» власти начнут наступление широко и с размахом - просто на сам механизм суда присяжных - увы, оправдались.

Мы видели, как нетрудно власти сотворить нечто подобное. А это значит, что право на суд двенадцати останется у чеченских мальчиков, но не у русских полковников.

Представляется однако, что инициатива депутата-единоросса Владимира Васильева имеет куда более широкую область применения, нежели пресловутое решение Конституционного Суда от 6 апреля 2006, отменившее право на суд присяжных для воевавших в Чечне русских солдат. Если решение КС, о котором мы подробно писали в статье "Как трижды нарушить Конституцию ..." манипулировало системой национального права по сути под два конкретных дела - дело Ульмана и дело Аракчеева - то область применения новых полезных инициатив Васильева куда как шире.

Так, в диспозицию многих "антигосударственных" статей, в том числе в статью 205 УК (террористический акт) удивительным образов входит не только "Совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население" но и причинение "значительного имущественного ущерба" - как же без этого в стране торжествующего капитала - а значит под эти статьи легко попадают и восставшие против криминального засилья русские люди в Кондопоге, несомненно причинившие значительный ущерб бизнесу чеченских бандитов в городе, и восставшие против наркомафии русские люди в городе Искитим, приговор которым (от девяти до четырнадцати лет заключения) вынесен на днях в Новосибирске, и казаки в Ново-Александровске, восставшие после убийства кавказской этнической мафией своего атамана Ивана Ханина (13 февраля 207 года в г.Новоалександровске (Ставропольский край) был убит атаман нижне-кубанского казачьего общества Терского казачьего войска Андрей Ханин. 14 в городе произошли столкновения местного населения с представителями армянской и грузинской общин, на рынках произошли погромы.) - и тысячи, тысячи, тысячи других, по всей Руси необъятной, потерявших уже надежду на это государство, вначале забывшее, бросившее и предавшее их, затем наславшее на них ОМОНы и ОБОПы , а вслед долго, годами, перемалывающее русские кости в мясорубке своей неторопливой правоохранительной системы - медленно, с хрустом и с видимым удовольствием.

Русские - удивительно толерантный народ. Погром, причинение ущёрба имуществу - иногда и значительного! - русская черта. Но делают это русские только и только тогда, когда другие народы уже давно убивают и режут, грабят и насилуют. Народ сжигает лабаз не из мести и злобы, а так чтобы гость навсегда запомнил, что он остался в живых только - только! - из-за русской доброты и терпимости. И сожженный лабаз - это такой символический выкуп "гостя с юга", напоминание, плата за то, что русские ему подарили жизнь - ту жизнь, которую он сам давно бы отнял у русского не задумываясь, будь такое дело в его родных горных краях.

Горящий рынок - это такая вечная свеча толерантности над русской землёй, во славу того, что вместо рынков здесь ещё не пришлось открывать кладбища для приезжих - ибо натворили они столько, что и кладбище не успокоило бы иные народы.

Завтра за эту русскою толерантность и всепрощение и будут нас судить - судить без суда присяжных, "профессиональным судом", без права на оправдательный приговор.

Осудить всех вышеупомянутых нами и новых, и новых, и новых - таких как например жители сибирского села Харагун, 32 человека всего, мужчин и женщин, осужденных за восстание против заезжих этнических бандитов.

Их осудили в совокупности всего то на 122 года заключения - за пару сломанных рёбер и одно сотрясение мозга у пострадавших. Да, чеченские боевики убившие в Будёновске 129 русских, включая женщин и детей, получили на круг больше. Вдвое больше. Видимо, это и есть оценка нашей судебной властью опасности для общества первого и второго случая. Что же, мы не нервные, просто примем это к сведению.

И у нас есть кому удушать русский бунт. Кадры найдутся. Есть кадры то, есть. Не вызывает сомнений профессиональная рука судьи Владимира Цыбульника, приговорившего Сергея Аракчеева к пятнадцати годам строгого режима, судьи Николая Гулько и прокурора Николая Титова засудивших группу Ульмана. Не дрогнет в случае чего и твёрдая рука Петроченкова Анатолия Яковлевича, заместителя председателя верховного суда РФ, председателя той самой военной коллегии, которая отменила все оправдательные приговоры присяжных по делам против наших военных, воевавших в Чечне. Не дрогнет, точно не дрогнет, я не знаю ни одного - ни одного оправдательного приговора присяжных, который бы не отменила эта коллегия по первому требованию Прокуратуры. Теперь грядёт, впрочем, новый этап торжества правосудия - отменяются и сами суды присяжных, как не оправдавшие высокого доверия. Разве совместим призрак русского бунта и коллегия русских же присяжных - двенадцать разгневанных русских мужчин - если судят не "чеченского мальчика" ?

Власти в России постоянно находятся перед сложной дилеммой : то ли дать ей Конституцию, то ли розг побольше. Похоже, сторонники розог побеждают. "Поджоги" + "большой имущественный ущерб" = терроризм - и есть чистая химическая формула подавления русского бунта - именно русского, поскольку бунт нерусский ложится в сводки не числом спалённых лабазов, а отрубленными головами невыкупленных заложников, перерезанными глотками пленённых солдат, убийствами школьных учительниц, колоннами беженцев и стаями воронья над разоренными русскими станицами.

У нас есть у кого учиться такому бунту, но мы не хотим. У нас есть у кого учиться кровавым этническим чисткам, но мы не хотим. Мы хотим своей, русской власти на русской земле, при которой не надо бунтовать и жечь лабазы. При которой депутат, предложивший сажать за 300 евро не отданного кредита - в разгар кризиса - идёт из политики лесом, при которой другой депутат предложивший лишить русских права на русский народный суд - также идёт лесом, причём навсегда.

Мы обязаны сделать так, чтобы никто больше и думать больше не покушался на суд присяжных, под угрозой своей политической смерти. Мы обязаны сделать так, чтобы ни одна партия и минуты не терпела в своих рядах деятелей, покушающихся на народные права. Тачка и политический овраг - вот прямой путь, и вот единственный путь который примет народ от политика как извинение за попытку лишить его суверенной власти, худо-бедно но ещё прописанной в Конституции.

Однако, тенденция отнюдь не такова. Тенденция, напротив такова, что любители предестей кнута набирают политический вес, и вносят предложения по "уточнению состава суда при разрешении отдельных категорий дел" а именно по расправе с судом присяжных не опасаясь никого и ничего. Тенденция такова, что судья Игорь Владимирович Крупнов, прямой начальник судьи Цибульника по Северокавказскому военному суду - идёт на повышение аж в Военную коллегию Верховного суда, где - по чистой случайности разумеется - по чистой случайности, - именно ему вдруг поручают рассматривать дело по жалобе Аракчеева на приговор, вынесенный только что его же бывшим судом и его бывшим подчинённым ... Тенденции, однако ...

В струю этих новых тенденций ложится довольно многое. Скажем, превращение одним легким движение руки Отдела по борьбе с организованной преступностью в Отдел по борьбе с экстремизмом. То, что отдел ликвидировали - это понятно : не направлять же его на борьбу с этническими ОПГ, которые и правят бал. Функции русских ОПГ на местах уже давно выполняет милиция - а гнобить нарко-фруктово-водочную мафию - это нетолерантно. Гораздо непонятнее во что же отдел теперь превратят, и как он будет вести дела с экстремистами - например, с таким совершенно типичным экстремистом, весь экстремизм которого состоял в том, что у него дома были книжки неправильные, и он иногда давал их почитать друзьям (Дело Червякова Александра Алексеевича. За чтение книжек читающим вменили «организацию экстремистского сообщества» (Ст 282.1) - будут действовать так же решительно, и в том же стиле, бороться с книжками так же, как боролись с вооруженными ОПГ ? Наверно, да. Наверно, если вчера к вам приходил более-менее воспитанный следователь ФСБ, который как правило никого не бил и носы не ломал, то завтра это будет делать бывший работник УБОП, которого от бандита без очков не отличишь, и для которого задержание "экстремиста" без сломанного носа - просто потерянный день.

Очень точно уловил нерв всей этой ситуации с УБОП-ом Д. Соколов-Митрич :

"Что же касается деятельности новых милицейских подразделений по борьбе с экстремизмом, то, боюсь, она станет гораздо более печальной страницей в истории МВД. И дело не в том, что этим людям поставлена или не поставлена какая-то политическая задача. Даже если никакой задачи нет, эти структуры обречены стать репрессивными. К этому их подтолкнет сама организация их труда. Диктатуру «палочной системы» в милицейском ведомстве, к сожалению, пока никто не реформировал. От нее воют, в первую очередь, сами же милиционеры - воют, но подчиняются. Показателем их труда является не порядок в стране, а статистика раскрытых преступлений. Преступность - их хлеб. Не будет преступности - начальство строго спросит ..."

Итак, на "книжных (интернет ..) червей" у нас брошены самые-самые серьёзные силы, которые не будут сопли глотать, а будут конкретно бить носы и ломать рёбра - ибо мало чему кроме этого обучены, да и привыкли так. То, что вся история Руси говорит о том, что избитый книжный червь отнюдь не заползает в переплёт, как хочется начальству, а начинает измышлять, как бы бросить бомбу в государя-императора - ну хоть бы и в губернатора, если до Государя далеко - весь этот опыт благополучно забыт. То, что измышления эти у книжных червей на Руси не раз заканчивались успехом - при любом строе! - забыто тоже.

Решение это выдаёт как всегда плохое знание властями повадок нашего книжного червя, полным аналогом которого стал сейчас интернет-зависимый блоггер - потенциальный экстремист и террорист, в расширенном определении этого слова имени г-на Васильева.. Книжный червь только на первый взгляд кажется щуплым и безобидным. Разъяренный книжный червь не дорожит своей никчемной жизнью и способен на всё. Хотим ли мы завтра покушения на С.-Петербургского градоначальника, и нового суда над новой Верой Засулич - которую впрочем уже не смогут оправдать присяжные - большой вопрос.

Напомню уважаемой публике, как обстояло дело. 6 декабря 1876 г. после демонстрации молодежи на площади у Казанского собора в Петербурге был арестован студент А. С. Боголюбов - типичный такой экстремист по всем нынешним понятиям, участник тогдашнего "русского марша" - или, если хотите, марша несогласных - а 13 июля 1877 г. по распоряжению петербургского градоначальника генерала Трепова арестант Боголюбов был избит розгами; 24 января 1878 г. Вера Засулич стреляла в генерала Трепова и ранила его. Трепов имел репутацию изрядного казнокрада, не менее чем нынешние начальники некоторых наших столиц, и покушение на него у многих вызвало тайное одобрение.

В деле Засулич как никогда много параллелей с современным состоянием нашей судебной системы - и далеко не в пользу современности. Власти могли не допустить суда присяжных - но не пошли наперекор закона; власти могли легко изменить и сам закон - но не решились нарушить принцип "закон не имеет обратной силы" даже и к подследственному (а власти РФ без колебаний применили обратную силу закона к дважды оправданному судом присяжных офицеру); власти просили судью (А.Ф. Кони) по свойски заложить в процесс некоторые нарушения, чтобы получить повод для отмены приговора - дело то житейское - но судья отказал им. В РФ это - по признанию практикующих юристов - общеупотребительная практика, в случае суда присяжных.

«Особенно часто с такими случаями сталкиваются мои коллеги с юга России ... И в Верховном суде это понимают, поэтому возвращают дела по формальным основаниям, а на самом деле для того, чтобы суд первой инстанции нашел способ как-то иным способом подобрать присяжных» (типичное но грустное свидетельство, адвокат И. Гордеева).

Все последние новведения в правоприменительной практике (массовые задержания участников неодобренных властями шествий, включая и задержания превентивные, аресты по признаку участия в "экстремистских организациях", и вообще, по признаку участия в неодобренной властями оппозиции) - не новость для России. Они очень и очень похожи на правоприменительную практику сложившуюся в России после отмены крепостного права, и особенно после Указа Александра II от 1 сентября 1878 г. в котором он утвердил правила согласно которым разным чинам предоставляется право "заарестования лиц, подозреваемых в совершении государственных преступлений, или в прикосновенности к ним, а равно в участии в противозаконных сообществах".

То же самое право предоставлялось относительно лиц, привлекаемых к ответственности за участие в уличных беспорядках - или сходках, имеющих политический характер.

"Те из заарестованных на сем основании лиц, относительно коих будут иметься достаточные данные о их политической неблагонадежности, могут быть подвергаемы административной высылке" - что мы вполне имеем и на сегодня но в ещё ухудшенном варианте : заключение в колонию-поселение на несколько лет, типичный приговор за ненасильственные слово-мысле-преступление в современной России. (См например, дело профессора Никольского, который сидит за брошюру "Задачи русского народа", при том. что весь тираж был арестован в типографии и брошюру никто не прочитал, кроме сотрудников ФСБ. Да, директор типографии тоже сотрудник ФСБ - "бывший".)

Для будущих историков права большой интерес составит также фактическое возрождение у нас давно забытого института поднадзорности полиции по признаку политической неблагонадёжности, и тесно связанный с этим институт превентивных задержаний, не прописанных ни в каком кодексе ни в каком виде. Радует как свежо и быстро понимают эти тенденции наши сатрапы на местах. Прямая речь, Россия нулевых, областное милицейское начальство. Внимайте, благоговея :

"В настоящее время в ГУВД поставлены на учет практически все известные участники и лидеры экстремистских группировок. Их около 300 человек. Передвижение лиц, имеющих оперативный интерес, постоянно отслеживается. Это позволяет не пропустить выезда политических экстремистов в другие регионы" (Из заявления зам. начальника УБОП Челябинской области И. Шаяхмурдинова. 26 марта 2008 года. Именно УБОП будет дальше бороться с экстремизмом.)

Это мы пришли в девятнадцатый век, или девятнадцатый век пришёл к нам ?

Возвращаясь собственно к оправданию судом присяжных Владимира Квачкова сотоварищи нельзя не увидеть здесь прямых и глубоких параллелей с приговором Вере Засулич вынесенном за полтора столетия до описываемых событий. Разумеется не в деталях сходство - хотя оба обвиняются в покушении на убийство большого государственного деятеля с неоднозначной репутацией - а в глубоком сходстве всей общественной обстановки, начиная с причин, по которым эти дела вообще могли возникнуть, и по роли Народа и Власти в этом историческом действе.

"31 марта 1878 г. для России начался пролог той великой исторической драмы, которая называется судом народа над правительством ...В этот день разрыв русского общества с правительством выразился de facto в здании окружного суда оправдательным приговором присяжных и поведением публики, аплодировавшей приговору. Присяжные отказались обвинить ту, которая решилась противопоставить насилию насилие, они отказались подписаться под политикою душения всякого самостоятельного проявления общественной мысли и жизни, - они открыто признали невиновность врагов существовавшего порядка." (Союз "Земля и воля" прокламация "К русскому обществу по поводу оправдания В. И. Засулич".)

Замените имена и даты - и вы не увидите разницы.

Как невозможно без даты установить, когда сказано и такое :

«Судят, очевидно, по убеждениям, а не по действиям. Отсутствие улик ставится ни во что, раз констатировано вредное направление.» («Листок Народной воли» № 1 за 1880 год.)

И вот уже через эту - по сути прицельную - планку русской истории отчётливо видна и та цель, которую скрывают васильевы за уклончивой формулой "уточнение состава суда при разрешении отдельных категорий дел". Не присяжные цель данного правового новведения, нет. Цель - не допустить более в России даже и тени "суда народа над своим правительством", даже намёка на него, даже дуновения в эту сторону. Я не сомневаюсь, что эта цель достижима. У нас большие, большие успехи в этой отрасли права - защиты правительства от народа. И " изъятие дел по государственным преступлениям из общего порядка судопроизводства " - не современная находка, не выдумка васильевых, а вполне себе обычная практика второй половины XIX века. У нас - увы - громадный исторический опыт в защите казнокрадов, приватизаторов и "элит" от народного гнева - что уж только не применялось, и не перепомнишь всего. Да не помогло всё это. Охраняли охраняли - да не охранили.

Кончилось охранение одна тысяча девятьсот семнадцатым годом.

От приговора Засулич до краха правящего режима оставалось 39 лет.

 

***

Впервые опубликовано на ресурсе "Русский Обозреватель"
17 ноября 2008 года

http://www.rus-obr.ru/discuss/1187

 

***

Главная страница сайта

Борисов Борис Авенирович
Полное собрание статей

***

Все тексты Б.А. Борисова по дате публикации


Все тексты Борисова Б.А. по различным СМИ


Все тексты Бориса Борисова по темам

* * *