Просмотр сайта платный. Вам следует перевести 100 рублей на Янднес-деньги 410012331271309, после чего вы можете просматривать все страницы сайта с настоящего момента до конца 2017 года. В противном случае просьба закрыть страницу.

Благодарю за понимание.

 

Борис Борисов:
Товарный голод как причина русского экономического каннибализма


Из новостей:

«Счётная палата пришла к выводу, что главной причиной инфляции в России является недостаток инвестиций в производство и вызванный им товарный голод, дефицит основных товаров, вызывающий систематическое повышение цен … проблема инфляции имеет комплексный и долгосрочный характер. В первую очередь она вызвана дисбалансом спроса и предложения ... заложенные в проектировках бюджета цифры, характеризующие накопление основного капитала, явно недостаточны для обеспечения быстрорастущего внутреннего спроса»

Свершилось. Наконец чёрным по белому написано то, что было очевидно для большинства вменяемых экономистов с самого начала, о чём предупреждали, писали, взывали, что объясняли все последние пятнадцать лет противники русского монетаристского шабаша имени Гайдара/Фридмана сотоварищи.

Вменяемые экономисты (из известных широкой публике это, например, Глазьев) все эти годы предупреждали о таких последствиях монетаристской экономической политики в России и описывали эту ситуацию с различных сторон. Всё было предсказано, сказано и пере-предсказано сотни раз. Имеющий уши - слышал. Но у наших экономических властей вместо правого уха доллар, вместо левого – евро, а роль органа чутья выполняют рейтинговые агентства и международные банки. Думать самостоятельно в такой позиции не обязательно и даже вредно.


Проблема инвестиций важнее проблемы инфляции

Особенно остро проблема внутренних инвестиций – причём инвестиций просчитанных заранее, превентивных, если хотите, опережающих точку возникновения дефицита – встала именно сейчас, с полным исчерпанием резервов для восстановительного роста экономики, на старых советских дрожжах.

Пока ещё можно было запустить стоящие цеха, оборудование, организовать вторую/третью смену – проблема не стояла так остро. Однако все эти резервы практически исчерпаны, а те, что не исчерпаны будут исчерпаны в ближайшие год-два.

Понятно, что если производственных мощностей, например, по цементу физически не хватает – а плюс не хватает и инфраструктуры по его перевалке – вагонов, причалов, ёмкостей хранения, портов, судов, и так далее – а значит и купить его за рубежом не так просто, то цемент может не только подорожать втрое за три года – со 100 до 350 рублей за мешок, но и легко дорасти до тысячи и выше. Верхнего предела нет вообще, так как это незаменяемый ресурс – как и сталь, щебень, кирпич, лес и многие другие материалы.

А разве грядущий дефицит цемента не просчитывался ещё начиная с 2000 года, когда начался быстрый рост экономики? Разве не прочитывался дефицит по всей группе строительных материалов, по всей инфраструктуре их перевалки, начиная от портов и заканчивая областным, районным звеном? Просчитывался, уверенно и достаточно легко, но этого никто не считал на государственном уровне. А если бы и считал – где механизм реагирования на такого рода экономические угрозы? Этого механизма не было, его нет, и его создание не предусматривается и в будущем. А, стало быть, экономические диспропорции в народном хозяйстве будут нарастать – с неустранимым ростом инфляции и с неизбежными тяжкими социальными последствиями.

Так, рост цен на стройматериалы и недвижимость очевидным образом приведёт к краху т.н. «национальный проект» «доступное жильё» – с момента принятия этой программы жильё стало ещё более недоступным для массового потребителя. Если это не крах, то что это? Однако куратор этого нацпроекта пошёл на повышение, и нет ни малейших признаков того, что власть сделала для себя из этого краха хоть какие то выводы.


Проблема дефицитов как следствие дефицита планирования

Сколько таких вполне предсказуемых дефицитов ждут нас в самое ближайшее время? Считает ли сейчас кто-либо дефицитные последствия для нашей экономики привлечения ста миллионов тонн стройматериалов в Сочи на цели олимпийского строительства, и те структурные дефициты, которые в обязательном порядке вскроет такая масштабная стройка – и в производственном, и в транспортном, и в логистическом звене? Вопрос риторический.

Никто у нас в экономике не отвечает за устранение глобальных экономических диспропорций, так как это "недопустимое вмешательство государства в экономику" и противоречит господствующей экономической парадигме, той линии, которая проводилась в российской экономике все последние 18 лет. У нас даже нет ведомства, которому были бы поставлены такие задачи.

Из ритуала потрясания коммунистическим шаманским бубном (которое тоже наделало немало бед, надо признать) товарищи из Госплана/Минэкономразвития/Минфина плавно перешли на потрясание бубном свободного рынка – с предсказуемым результатом. Следует сделать вывод, что ничего, кроме как трясти шаманским экономическим бубном они, возможно, и не могут.

Умники из Минфина, например, все эти годы привычно талдычат "о сокращении денежной массы" как решении проблемы инфляции, что неизбежно ещё более обостряет инвестиционный – а затем и товарный – голод и делает ту же проблему инфляции нерешаемой в принципе никогда, сколько бы эта «денежная масса» не зажималась. В рамках этой экономической модели инфляция действительно может прекратиться, но только на волне падающего спроса, на волне экономической депрессии и классического кризиса перепроизводства, по типу Великой депрессии в США 1929 –1941 гг. В модели быстро растущей экономики подобная экономическая модель неосуществима в принципе.


Инфляция не может быть преодолена в рамках нынешней экономической модели

Лучшим подтверждение этого тезиса стали принятые недавно решения об опережающем росте энерготарифов – до 20/25% в год (!) – при планах зажать инфляцию на рубеже однозначной цифры, то есть не более 10%. Наряду с запланированным Правительством «подтягиванием» цен на газ к мировым и роста тарифов на ж/д перевозку и перевалку грузов (а перевалочные мощности у нас ещё более дефицитны, чем транспортные) – исходя из этих обстоятельств достаточно очевидно просчитываются два неизбежных последствия: во-первых, планы по «обузданию инфляции» обречены на сокрушительный провал, и могут быть «выполнены» только путём махинаций с цифрами (что, по мнению многих экономистов имеет место уже довольно давно, особенно последние три-четыре года); во-вторых, произойдёт дальнейший структурный перекос экономики, так как средства экономических субъектов будут в огромных объёмах (десятки и сотни миллиардов долларов) вымываться из реального сектора в доходы Газпрома, РЖД и частных энерго-компаний, возникших после распродажи энергетики по Чубайсу.

Разумеется, ни одно из этих неизбежных экономических последствий не способствует увеличению производства в стране того же недорогого цемента (если уж мы выбрали его как пример), и даже цемента вообще, а обостряет его дефицит – и далее по цепочке, влияет на рост цен и в секторе стройматериалов в целом, и в секторе жилищного и производственного строительства.

Но если выросло в цене производственное строительство – то депрессивное влияние тем самым оказывается и на любые новые инвестиции в реальный сектор экономики, инвестиции в новые объекты, что действует в том же направлении обострения скрытых товарных дефицитов. Скрытых в том смысле, что проявляется он в непропорциональном росте цен, в возникновении целых отраслей экономики, имеющих сверхприбыли (это до сотни процентов текущей рентабельности), и отраслей имеющих гиперприбыли (это уже не десятки, а сотни процентов текущей рентабельности, как, например, в московском стройкомплексе).

 

Гипердоходы как источник неустранимого криминала

Опасность таких гипердоходных секторов в том, что они немедленно криминализируются, и это явление имеет повсеместный и сетевой характер. Никакой административный ресурс или ресурс правоохранительных органов здесь не работает и никогда работать не будет по той простой причине, что сами органы государственной власти и правоохранные структуры выступают как соорганизатор этого криминального передела рынка. Исходной точкой является то, что мы вообще допустили наличие в экономике самого гиперприбыльного сектора. Соответствующий же криминальный ресурс подтянется сам, полностью вытеснит нормальный бизнес и создаст свою экономическую и правовую среду, комфортную для поддержания своего исключительного положения на рынке. Из этого правила нет исключения, из этого положения нет естественно-экономического выхода.

Единственный способ избежать подобных эксцессов – не допускать создания в экономике таких гиперприбыльных отраслей, системно изымать сверхприбыли, не допускать образования не изъятой в бюджет природной ренты (сверхприбыли от эксплуатации природных богатств), в наиболее запущенных случаях национализировать и регулировать такие отрасли экономики. Иначе традиции русского экономического каннибализма, когда наши экономические отрасли поедом едят себе подобных – станут экономической основой нашего существования и приведут нас к неизбежному и очень болезненному краху – когда иссякнет кушанье, вымрут и отрасли-каннибалы. В лучшем случае – будут проданы в рабство белым хозяевам.

Если не понять сути этой проблемы, если не понять, что через механизмы «борьбы с коррупцией» эта проблема нерешаема в принципе, то в итоге неизбежно произойдёт приватизация государственной власти в стране тем кланом, который владеет ключевым источником гиперприбыли. Репетицию такого захвата мы можем доподлинно наблюдать во многих российских регионах, которые фактически приватизированы господствующими кланами, причём именно теми, кто извлекает региональные гипердоходы, будь это нефтянники, угольщики или стройкомплекс, как в Москве.

 

Эффект потенциальной ямы

Будут ли эти гипер-прибыльные отрасли быстро развиваться и расти за счёт своих гипердоходов, преодолевая дефициты? Ответ однозначный: нет, не будут. Вывод парадоксальный, но он подтверждён всей предшествующей экономической историей, причём не только нашей. Возникновение – каким бы путём оно не произошло – гипердоходных секторов экономики неизбежно ведёт к их быстрой и неминуемой криминализации. Криминализированные же сектора экономики, как показывает и наш и мировой опыт склонны не к преодолению, а к поддержанию дефицитов, к жёсткому ограничению конкуренции, юридическому и физическому устранению конкурентов, что для таких секторов является поведенческой нормой.

Пример со свалками Неаполя, ставшими особо прибыльными и попавшими под контроль мафии весьма показателен: их прибыльность ведёт не к развитию отрасли переработки мусора, а к полной стагнации этой отрасли и превращению всего Неаполя в большую прибыльную свалку. Сила сопротивления системы такова, что даже ресурса центральной государственной власти недостаточно чтобы решить проблему. Нам это хорошо знакомо. У нас вся Россия сегодня – это такая своеобразная неапольская свалка. Повсеместно имеет место коррупционная или криминальная приватизация отраслевых доходов, природной ренты и любых других источников сверхдоходов. Надо понимать, что эти доходы ни могут стать инвестиционным потенциалом, так как крупные реальные инвестиции подрывают основы такого рода бизнеса. Следует понимать, что в тех гипер-доходных отраслях, которые попали под контроль экономической мафии, возникает своеобразный стабилизирующий эффект: отрасль не заинтересована в преодолении дефицита на свою продукцию. Я бы определил этот эффект как часть эффекта «отраслевой потенциальной ямы». В этом случае, как и в случае с физическим телом, попавшем в классическую потенциальную яму *, у тела (отрасли) присутствует значительный потенциал (доходность) позволяющий телу двигаться дальше (отрасли развиваться), но этот потенциал не может быть реализован без внешнего воздействия, которое бы вывело бы тело (отрасль) из этой ямы.

В подобную же ситуацию может попасть не только отдельная отрасль, но и все национальное хозяйство. В общем случае я предлагал для этого явления название «Экономическая яма» **.

* Потенциальная яма в физике: ограниченная область пространства, в которой потенциальная энергия тела меньше, чем вне её. Основное свойство потенциальной ямы - способность удерживать частицу, несвязанная энергия которой меньше глубины ямы. Такая частица внутри потенциальной ямы находиться в связанном состоянии и не может покинуть её без достаточного внешнего воздействия. Так шар, катящийся по склону горы к подножию обладает большой потенциальной энергией, но может быть задержан небольшой локальной возвышенностью; и хотя потенциальная энергия этого шара может сколь угодно превышать ту, что требуется чтобы преодолеть это препятствие, без стороннего импульса он не сдвинется с места никогда. Это и есть потенциальная яма (или потенциальный барьер).

** «Экономическая яма» – состояние национальной экономики с большим внутренним потенциалом роста, в которой запуск механизма этого роста невозможен без энергичного внешнего воздействия. Этим экономическая яма принципиально отличается от спада, рецессии, депрессии и прочих экономических состояний, преодолимых за счёт обычных внутренних источников. Частным (и гораздо более распространённым) случаем экономической ямы является отраслевая яма, в которой внутренних источников в отрасли недостаточно для выхода её в стадию быстрого и самофинансируемого роста. Также нельзя здесь не отметить, что в некоторых случаях такая экономическая яма всё таки преодолима – как за счёт внеэкономических мобилизационных мер, так и за счёт ограбления всего или части собственного населения, или одной из отраслей собственного народного хозяйства в пользу другой, например, сельского хозяйства в пользу промышленности.

Частным случаем такой отраслевой экономической ямы является наш случай, когда выход потенциально растущей отрасти в стадию самофинансируемого роста невозможен по внеэкономическим причинам, скажем, коррупционной или криминальной приватизации её доходов. В данном случае и внешнее воздействие должно быть вне-экономическим, принудительным, силовым.

Эффект экономических потенциальных ям недостаточно изучен в экономической теории. Так очевидно, что многие депрессивные состояния в экономике представляют собой классические экономические потенциальные ямы, и преодолимы за счёт разового внешнего воздействия. Это воздействие должно быть коротким, но весьма энергичным. Существующие же программы международной помощи как правило рассчитаны на длительный срок и распыляют средства, делая их недостаточными для преодоления «эффекта ямы», посему год за годом доказывают свою неэффективность.

 

Впервые опубликовано на ресурсе "Полярная Звезда" 16 сентября 2009 года

http://www.zvezda.ru/economics/2008/09/16/golod.htm

 

***

Главная страница сайта

Борисов Борис Авенирович
Полное собрание статей

***

Все тексты Б.А. Борисова по дате публикации


Все тексты Борисова Б.А. по различным СМИ


Все тексты Бориса Борисова по темам

* * *